новинкижанрыоплатапомощьо нас ( 0 )
Список книг жанра ""

Отсортировано по: популярности | дате поступления | автору

Обложка книги Александр II. Жизнь и смерть
АудиокнигаАлександр II. Жизнь и смерть / Эдвард Радзинский

Каждая книга знаменитого историка, драматурга, писателя и телеведущего Эдварда Радзинского - это всегда событие.

Роман "Александр II. Жизнь и смерть" не стал исключением. Это неповторимый стиль Эдварда Радзинского, щедро рассыпавшего в книге интереснейшие факты, обескураживающие загадки, изящные парадоксы, неожиданные открытия.

"Александр II. Жизнь и смерть" - серьезное, и вместе с тем увлекательнейшее чтение, а в аудиоформате открываются новые грани этой необыкновенной книги.



Обложка книги Тур де Франс. Путешествие по Франции с Иваном Ургантом
АудиокнигаТур де Франс. Путешествие по Франции с Иваном Ургантом / Владимир Познер

Что может быть лучше бокала "Шато Ла Грезетт" и книги Владимира Познера о большом путешествие с Иваном Ургантом по Франции, которую они исколесили на машинах и велосипедах - от Парижа до провинциальных городков! Все самое интересное и вкусное о стране, которая невероятно близка нам по духу. Французская кухня и вина, кино и женщины, замки и рыбацкие деревушки.

Слушая книгу, вы испытаете на себе то, что называется "французским парадоксом", узнаете о самых колоритных традициях и о том, что же такое сегодняшняя Франция. Говорят, быть французом - значит защищать свое искусство жить. Так оно и есть…




Обложка книги Стихи про меня
АудиокнигаСтихи про меня / Петр Вайль

Петр Вайль - блестящий эссеист, путешественник и гурман, автор "Гения места" и "Карты родины", соавтор "Русской кухни в изгнании", "Родной речи" и других книг, хорошо знакомых нашему читателю, взялся за необычный жанр, суть которого определить непросто. Он выстроил события своей жизни - и существенные, и на вид незначительные, а на поверку оказавшиеся самыми важными, - по русским стихам XX века: тем, которые когда-то оказали и продолжают оказывать на него влияние, "становятся участниками драматических или комических жизненных эпизодов, поражают, радуют, учат". То есть обращаются, по словам автора, к нему напрямую. Отсюда и вынесенный в заглавие книги принцип составления этой удивительной антологии: "Стихи про меня".



Обложка книги Страсти по Максиму. Горький: девять дней после смерти
АудиокнигаСтрасти по Максиму. Горький: девять дней после смерти / Павел Басинский


Обложка книги Моя жизнь. Мои достижения
АудиокнигаМоя жизнь. Мои достижения / Генри Форд

Генри Форд – о нем много писали, как о миллиардере,как о величайшем промышленнике Нового Света, как о гениальном неуче-слесаре. Но сам он хранил молчание, не выступал ни в литературе, ни в прессе. Пока, наконец, свет не увидела книга Форда о самом себе, интерес к которой создан не искусственной рекламной шумихой, а ее содержанием. «Моя жизнь. Мои достижения» – за этой книгой жизнь и деятельность очень большого человека, практический опыт создателя производства, небывалого по масштабам и организации. Она написана почти 100 лет назад, но до сих пор актуально каждое слово



Обложка книги Детство 45-53: а завтра будет счастье
АудиокнигаДетство 45-53: а завтра будет счастье / Людмила Улицкая

Ни история, ни география не имеют нравственного измерения. Его вносит человек. Иногда мы говорим - "жестокие времена". Но все времена по-своему жестоки. И по-своему интересны.

Одно поколение сменяет другое, и каждое имеет свою собственную физиономию. Мы задумали вспомнить о тех, чье детство пришлось на конец войны, послевоенные годы 1945-1953. Для меня это ровесники, для других - родители… C тех пор прошло много лет. Народились новые люди, снесены старые дома, на месте пригородов - спальные районы, на месте лугов и полей - дороги, склады, свалки. Вышли из употребления керосинка, колонка, печка. Всё больше забытого, и все мы беднеем от этого забвения. Кроме большой истории, которая сохраняет даты и события, важные для страны, есть и "малая" история каждой семьи. Если мы не расскажем своим детям, они не будут знать, что значили слова Сталин, победа, коммуналка, этап, свидание, партсобрание… Не поймут, что значит довесок (к буханке хлеба), новые ботинки или военная форма отца… То, о чем мы не смогли рассказать словами, дополнят потрепанные и выцветшие фотографии из семейных альбомов.

И мы часто даже не можем вспомнить имена этих людей… Мы должны, мы обязаны делать это усилие воспоминания.

Людмила Улицкая